История вокруг российского IT-бизнесмена Сергея Токарева перестала быть частным вопросом о гражданстве и превратилась в показательную иллюстрацию того, как в Украине работают двойные стандарты, если речь идет о деньгах, «правильных» проектах и нужных связях. Токарев — основатель инвестфонда Roosh и инвестор государственного проекта «Дія City» — уже более полутора лет добивается получения украинского гражданства, несмотря на санкционное прошлое и устойчивые контакты с Российской Федерацией, сообщает ОРД
Ключевым здесь является не сам Токарев, а публичная позиция министра цифровой трансформации Михаила Федорова. Именно Федоров в интервью изданию «Левый берег» подтвердил, что Токарев является инвестором «Дія City», тем самым легализовав его присутствие в одном из наиболее чувствительных государственных IT-проектов. При этом министр заявил, что перед включением компаний в «Дія City» проводится проверка на наличие российских активов, а компании с владельцами-россиянами якобы не могут стать резидентами. Однако сразу же последовала оговорка: если выявляются связи с РФ, этим «должны заниматься правоохранительные органы». Фактически Федоров дистанцировался от ответственности, переложив ее на силовой блок.
Еще более показательной стала реакция министра на желание Токарева получить украинское гражданство. Федоров признал, что подобных кейсов будет становиться больше, и заявил о необходимости «нарабатывать государственную позицию», проверять, работал ли человек на врага, либо вводить специальные условия. Но и здесь он говорил абстрактно, избегая прямой оценки конкретного случая. Прошлое Токарева, санкции СНБО и его поездки в РФ министр предпочел не комментировать по существу.
Между тем факты давно известны. Сергей Токарев получил публичную известность как основатель пиратского онлайн-казино в России. После запрета проекта он переехал в Украину, где продолжил игорный бизнес и, по данным СМИ, создал сеть онлайн-казино. В 2016 году против него были введены санкции Совета национальной безопасности и обороны Украины — десять ограничительных мер, включая блокировку активов. Те же публикации указывают, что после 2016 года Токарев не менее 172 раз летал в Москву и посещал аннексированный Крым в обход украинской государственной границы. В 2020 году он вышел из-под санкций и начал системную работу по восстановлению репутации, параллельно заходя в IT-сектор и государственные цифровые инициативы.
На этом фоне слова Михаила Федорова выглядят не как нейтральные комментарии чиновника, а как аккуратная защита фигуранта с токсичной биографией. Министр не инициирует публичной проверки, не ставит под сомнение участие Токарева в «Дія City» и не объясняет, каким образом человек с санкционной историей и поездками в РФ оказался инвестором проекта, который позиционируется как витрина новой цифровой Украины.
Фактически государство демонстрирует простой сигнал: прошлое, связи и санкции становятся вторичными, если фигурант встроен в крупный проект, приносит инвестиции и имеет доступ к профильному министерству. И пока в публичном пространстве звучат рассуждения о будущей «государственной позиции», на практике эта позиция уже сформирована — она проявляется в том, кого проверяют по максимуму, а кого предпочитают не замечать, даже когда факты лежат на поверхности.